Архив
Поиск
Press digest
16 апреля 2021 г.
21 мая 2004 г.

Франсуа Мюссо | Libération

Монархия в ореоле сакральности

Завтра улицы будут окрашены в цвета мадридского заката - розовый, охристый и серебряный. Небо будет спокойным: объявлено о закрытии воздушного пространства на двое суток. Boda real (королевское бракосочетание) обещает быть помпезным. Все сделано для того, чтобы завтрашняя свадьба 36-летнего наследного принца Фелипе и 32-летней журналистки Летисии Ортис стала для Испании событием века. Именно таковой ее считает король Хуан Карлос.

Власти страны действуют в унисон, а средства массовой информации способствуют созданию атмосферы романтической лихорадки. "Это сказка о феях, ставшая былью", - заявляет государственный телеканал TVE. Это "свадьба всех испанцев", пишет газета El País. В самом деле, в последний раз boda real в Испании праздновали... в мае 1906 года, когда Альфонсо XIII Бурбон женился на Виктории Эугении Баттенбергской. В 1962 году нынешнему монарху Хуану Карлосу I пришлось надеть обручальное кольцо на палец гречанки Софии в Афинах: этого требовала франкистская диктатура.

Верно и то, что завтрашняя брачная церемония станет историческим моментом для испанской монархии. С XIX века Бурбоны почти непрерывно правили страной. И продолжают править до сих пор. "Этот брак станет символом преемственности династии и наверняка укрепит связь между общества и Короной", - сказала в начале недели социалистический вице-премьер Тереза Фернандес де ла Вега.

Верность каудильо. Начало нынешнего королевского правления, которое выдается за образцовое, было не блестящим. В 1969 году генерал Франко назначил молодого Хуана Карлоса своим преемником. Несмотря на трения со своим отцом, жившим в изгнании в Португалии, молодой человек согласился. Он присягнул на верность каудильо, Испанской фаланге, национал-католицизму.

"Исторически жизненный путь Хуана Карлоса тесно связан с диктатурой, - возмущается Изаура Наварро, депутат парламента от Объединенных левых (IU). - Просто невероятно, что сегодня его считают таким чистеньким!"

А все дело в том, что после смерти Франко (20 ноября 1975 года) Хуану Карлосу удается мастерский трюк. Провозглашенный королем Испании ("конституционным монархом"), он выбрасывает за борт франкистское наследие и делает выбор в пользу демократии. Второй ключевой датой стало 23 февраля 1981 года. В этот день подполковник Тахеро предпринял попытку поднять путч от имени короля: он ворвался в здание парламента и стал стрелять в воздух из пистолета. Вечером того же дня Хуан Карлос, одетый в свой самый красивый мундир, выступил по телевидению, приказав военным вернуться в казармы. Он вновь спас демократию.

Признательность испанцев была безграничной. Она принесла королю популярность, которой может позавидовать большинство коронованных особ планеты. В ноябре 2000 года, по данным опроса, 84% испанцев относились к королю "хорошо или очень хорошо". Эта симпатия, которую разделяют консерваторы, социалисты, коммунисты и даже республиканцы, стала отличительной чертой "хуанкарлизма".

Своим реноме королевская семья обязана и своей несомненной ловкости. Вместо того чтобы выглядеть наследницей устаревшего политического института, она старается идти в ногу со временем. Инфанта Елена вышла замуж за банкира Хайме де Маричалар. Ее сестра Кристина сочеталась браком со звездой гандбола Иньяки Ундаргарином. А наследный принц Фелипе женится на разведенной бывшей журналистке совсем не знатного происхождения.

Королевская семья решила после брака Фелипе отказаться от предпочтения мужчин в престолонаследии. Премьер-министр Хосе Луис Сапатеро, близкий к королю, только что объявил о предстоящем внесении соответствующих поправок к Конституции.

Так же умело поддерживается имидж королевской семьи, живущей в скромности, строгости и без скандалов. Хоан Пуигсеркос, один из лидеров каталонской сепаратистской партии ERC (официально антимонархической), говорит: "Они не имеют ничего общего с жалкой британской королевской семьей, которую переполняют скандалы".

Существует, конечно, и обратная сторона медали: светские увеселения, альковные тайны, трата огромных денежных сумм. Но королевский дом - это бункер, из которого не просачивается никакая или почти никакая информация. Ежегодно государство выделяет ей 7,5 миллионов евро. Но никто не знает, как распределяются эти деньги. Лишь зарплата короля декларируется в налоговой службе. Завеса тайны покрывает и имущество семейства (дворцы, коллекции произведений искусства и пр.).

"Любовь королевского дома к секретности достойна мусульманской монархии", - говорит журналист Гарсиа Абад.

Роскошные подарки. Конституция освобождает короля от всякого контроля и предоставляет ему иммунитет от судебного преследования. Газета El Mundo 2 марта напомнила, что три "доверенных лица" короля, по очереди управлявшие королевскими финансами, в настоящее время находятся в тюрьме.

Когда в 1997 году богатые банкиры и владельцы гостиниц Майорки решили скинуться, чтобы подарить Хуану Карлосу яхту "Фортуна" стоимостью в 18 миллионов евро, было замечено, что "часть стоимости судна была оплачена из провинциальной казны. Многим людям не понравилось, что их деньги без их ведома пошли на покупку яхты, но дело быстро замяли", рассказывает местный журналист.

В своей книге-расследовании Гарсиа Абад изображает Хуана Карлоса "симпатичным, теплым, человечным", но жадным до роскошных подарков, не очень заботящимся о происхождении "некоторых денежных средств" и окружающим себя "сомнительными друзьями". Будь она написана в другой стране, такая книга вызвала бы скандал. В Испании это глас вопиющего в пустыне.

К счастью для испанской короны, критиков и противников монархии у стране немного: в основном это баскские националисты и каталонские сепаратисты, бойкотирующие свадьбу, отдельные коммунистические лидеры и некоторые другие.

Свидетельство о разводе, спрятанное в сейф. Пока Испания готовилась к свадьбе, монархия в обстановке полной секретности улаживала дело совсем иного свойства. Секретным службам было поручено стереть из прошлого Летисии Ортис все, что могло бы бросить тень на ее репутацию... Британская газета The Independent утверждает даже, что королевский дом убедил правительство в необходимости упрятать в сейф под охрану документы о разводе "Лети", и что к ее бывшему супругу Альфонсо Герреро, недовольному пренебрежительным отношением к нему властей, уже наведывались агенты упомянутых служб.

"Касаться табу, связанного с личностью короля, - дело очень деликатное", - говорит левый депутат Изаура Наварро.

Ей вторит другой депутат, баскский националист Хосу Эркорека: "Если ты критикуешь публично, ты подвергаешься более или менее жестким репрессиям". В пример он приводит историю с баскским коммунистическим лидером Хавьером Мадрасо, которого в настоящее время судят за нанесение "тяжелого оскорбления королевской особе": в начале апреля он упрекнул Хуана Карлоса в том, что тот не выступил против отправки премьер-министром Аснаром испанских солдат в Ирак. Мадрасо назвал "анахронизмом" монархический "режим, навязанный Франко", и потребовал проведения референдума, на котором испанцы сделали бы "раз и навсегда" выбор между монархией и республикой.

В кругу друзей, за столом можно пройтись по поводу короля, любящего выпить и бегающего за юбками. Но этим все и ограничивается.

29-летняя Тринидад, активистка левого антимонархического движения, работает в солидном мадридском музее. "Я мечтаю принести на работу республиканский плакат, но не могу набраться смелости. На подобные выходки плохо смотрят, и для меня это рискованно".

"Восхваление личности короля - это национальный спорт, особенно у нуворишей, жаждущих социального признания", - говорит каталонский сепаратист Хоан Пуигсеркос.

"В отличие от своего отца, Фелипе не пользуется прочной легитимностью, - утверждает Хайме Пеньяфьель, специалист по истории монархии. - Это капризный ребенок, ничем лично себя не проявивший и взращенный в олигархическом коконе. Чтобы сохранить свое будущее место, ему придется драться за него каждый день".

Вот почему так важна завтрашняя свадьба, которая позволит поднять популярность наследной четы.

"Женясь на Летисии, разведенной женщине из среднего класса, Фелипе модернизирует монархию, но в то же время он делает ее более хрупкой, - напоминает Хайме Пеньяфьель. - Ведь если любая может стать королевой, то, выходит, и королем может быть кто угодно".

Источник: Libération


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru