Второе заседание суда по делу Саддама Хусейна состоится 28 ноября. Но в тюрьме находится и еще один человек, ожидающий процесса: это Тарик Азиз, бывший вице-премьер, который сдался американцам 24 апреля 2003 года, через 15 дней после падения Багдада. Если защита потребует от него дачи свидетельских показаний, то Рокко Буттильоне, итальянский министр, поедет в Багдад.

"Я говорил об этом некоторое время назад, - напоминает он, - и сейчас подтверждаю: я несколько раз встречался с Тариком, и я могу рассказать о фактах, о которых многие не знают или не хотят знать". Каково ваше мнение о бывшем иракском руководителе? "Тарик - иракский патриот. Он был единственным, кто не до конца верил в идеологию, он хотел служить своей стране, но он не думал, что это возможно вне службы Саддаму. Он был единственным, кто говорил раису нелицеприятные вещи".

"Я впервые встретился с Тариком Азизом в 1999 году, тогда существовал проект визита Папы в Ирак". Встречался ли Буттильоне тогда с Саддамом? "Нет. Тогда говорили, что он страдает от депрессии. Однако именно Саддам запретил визит Папы. Меня поразила безмерная ненависть раиса в отношении Израиля и евреев. Я порой говорю, что евреи во многом ошибаются, но они не ошибаются в том, что испытывают страх. Я лично видел, насколько сильно их ненавидят".

О чем вы говорили тогда с Тариком Азизом? "Я сразу же обозначил позицию очень ясно, не так, как это делали многие европейские политики, приезжавшие в Ирак, которые говорили то, что хотело слышать иракское правительство (сохраняйте твердость, Америка забыла о вас, Европа не допустит войну), и возвращались назад с поставками нефти. Я говорил, что война возможна, что Европа в этом случае будет стоять в стороне. Но чтобы избежать войны, я предложил Тарику Азизу согласиться без всяких условий на инспекции ООН, говоря, что после этого можно будет обсуждать вопрос о прекращении эмбарго. Возвратившись в Европу, я выступил с этими предложениями в Европейском парламенте, а затем и в парламенте Италии: мои предложения были одобрены. После этого я возвратился в Ирак и попросил Тарика продемонстрировать готовность согласиться с этими предложениями".

И что же произошло затем? " Тарик Азиз давал интервью очень осторожные, но обещающие. Я возвратился в Европу и начал готовить визит в Багдад председателя Европарламента Николь Фонтен. Но в этот момент на сцене вновь появился Саддам. Роман, который я писал, как говорится, зарубили: преодолев депрессию, Саддам вновь взял власть в свои руки. Ему не понравились примиренческие шаги вице-премьера, он резко отреагировал, а тут еще помогли американцы". Простите, в каком смысле? "Это была невольная помощь: англо-американцы ответили на деятельность иракских зенитных радаров бомбовыми ударами не в нужный момент; Саддам произносил зажигательные речи в ненужный момент, разрушив мирные усилия".

Начались обсуждения по вопросу об инспекциях с целью обнаружения оружия массового поражения. Оно так и не было найдено. "Проблема заключалась не в том, есть оно или нет. Главная проблема заключалась в Саддаме, который не хотел уступать Западу, чтобы не потерять лицо". Вы до последнего были против войны. "Я верил, что не были проработаны все возможные инициативы".

Что вы думаете о процессе над Саддамом? "Тот факт, что его будет судить иракский суд, мне кажется позитивным. Над такими процессами всегда висит подозрение, что речь идет о правосудии победителя". Саддаму грозит смертный приговор. "В соответствии с моими принципами, я против смертного приговора. Кроме того, казнь раиса может превратить его в мученика, что лишь подольет масла в огонь повстанческого движения".