Архив
Поиск
Press digest
22 августа 2019 г.
21 июня 2004 г.

Кристоф Айяд | Libération

Саудовское государство намного сильнее "Аль-Каиды"

Паскаль Меноре - один из немногих во Франции ученых, занимающихся Саудовской Аравией. Ученый, имеющий степень агреже философских наук, он является автором книги "Саудовцы и мир: 1744-2003".

- Угрожает ли саудовскому режиму сегодняшняя беспрецедентная волна насилия?

- Исламисты - сторонники джихада - вступили в единоборство с гораздо более сильным противником: с саудовским государством, полностью поддерживаемым США. Я уверен, что саудовский режим не допустит своей дестабилизации. И не только по причинам стратегического характера. В отличие от авторитарных республик средиземноморского бассейна, таких, как Египет или Сирия, саудовский режим в прошлом не раз демонстрировал способность быстро менять союзников перед лицом угроз. Задача, с которой он сталкивается сегодня, состоит в том, чтобы наряду с усилением своей безопасности пойти на смену альянсов и политическую либерализацию.

- Вспышка насилия пришлась на май 2003 года: почему она произошла именно в этот момент?

- Волна насилия действительно поднялась 12 мая 2003 года, когда квартал в Эр-Рияде, отведенный для проживания иностранцев, был атакован с использованием начиненной взрывчаткой автомашины. Этому есть два объяснения. Во-первых, это результат дестабилизации региона в результате вторжения в Ирак, которое было тактической и стратегической ошибкой: пожелав избавиться от террористического государства, администрация Буша создала "неправовую зону", которая служит территорией обмена военным опытом и одновременно тылом для вооруженных исламистских движений. По данным саудовской таможни, поток оружия, ввозимого контрабандным путем через иракско-саудовскую границу, вырос в геометрической прогрессии. Есть также и внутренняя причина: группировки, выступающие от имени "Аль-Каиды", вновь сосредоточились на достижении своей первоначальной цели.

Еще в середине 1990-х годов Усама бен Ладен указал на саудовский режим как на врага, с которым нужно бороться, - впрочем, не по религиозным, а по политическим причинам. Не потому что этот режим - хранитель Святых мест - совершил какой-то грех, а потому что его политические, стратегические, финансовые и военные связи с США, по мнению бен Ладена, причинили вред саудовскому народу. Этим объясняются "точечные" теракты против представителей американской военной промышленности и экспертов, кадров нефтяной промышленности.

- Исламисты подумали, что режим ослаб?

- В свое время многие говорили, что саудовский режим закрывал глаза на деятельность экстремистских группировок из опасения, что в противном случае они повернут оружие против него. Это неправда, о чем свидетельствует сила репрессий, проводящихся с середины 1990-х. Впрочем, репрессии - это неплохая версия. Объясняя причины появления "джихадизма", многие ошибаются, когда ищут их в религиозной догматике или богословии. Это прежде всего политическое движение, и его эксцессы невозможно понять вне контекста противостояния - иногда очень жесткого - между государством и оппозиционерами.

- Могли ли вдохновляюще подействовать на "Аль-Каиду" разговоры в США о необходимости заменить Саудовскую Аравию Ираком в качестве главной американской базы в регионе?

- Нет! Эти разговоры, которые ведут неоконсерваторы, не отражают позиции администрации Буша. Стратегический, а главное, энергетический альянс между США и Саудовской Аравией целиком сохраняется. Именно против этого альянса направлены действия вооруженных группировок.

- В США подозревают, что некоторые саудовские руководители и ваххабитский религиозный истеблишмент сочувствуют бен Ладену...

- В 1980-е годы власти полностью поддерживали джихадистское движение в рамках политики "сдерживания" СССР в Афганистане, проводимой под руководством Белого дома и ЦРУ. После 1991 года афганский джихад превратился в "заряженное ружье" Ближнего Востока. Но я не согласен с тем, что до 2001 года власти, как говорят некоторые, попустительствовали этим людям. С тех пор как в начале 1990-х годов бывшие "бойцы свободы" вернулись домой, власти, видя в этих моджахедах источник дестабилизации, относились к ним с огромным подозрением. То, что они имели связи с лидерами ваххабизма, возможно, но верхушка религиозного института по-прежнему полностью предана режиму.

- Какой эффект оказывает насилие на саудовское общественное мнение?

- Настроения очень неоднозначные. Политическая и экономическая аргументация получила отклик, это точно. Но прямая конфронтация между вооруженными группировками и государством разворачивается не в пользу этих группировок. Есть феномен 11 сентября, из-за которого каждый саудовец чувствует себя в опасности. Многие саудовцы погибли в результате терактов.

- Может ли социальное неравенство объяснить эту волну насилия?

- Основная причина носит политический и геополитический характер. С середины 1990-х годов бен Ладен регулярно подсчитывал финансовые потери, которые несла Саудовская Аравия, когда была вынуждена производить больше нефти, чтобы стабилизировать рынок. Однако верно, что нищета молодежи - как материальная, так и моральная - может служить питательной средой для джихадистского движения. Проблема саудовской молодежи - не в том, что она исповедует фундаментализм, а напротив, в ее аномии. Это молодежь без жизненных критериев, без будущего. Тоска и отчаяние питают джихад, но не являются его главной причиной.

- На кого может опереться правящая семья?

- Весной 2003 года происходило то, что некоторые саудовские комментаторы называли "зарей реформ": режим прислушивался к некоторым оппозиционерам, выступавшим за разделение властей и требовавшим демократизации. Власти использовали этот реформаторский порыв, но они еще очень долго не смогут пользоваться выгодами от этих реформ, которые проводятся теперь по указам сверху. Сегодня в определенных кругах Эр-Рияда существует большое искушение заключить альянс с маргинальными слоями общества, такими, как шиитское меньшинство или бизнесмены Хиджаза, которые после нефтяного бума 1973 года уступили свое влияние буржуазии Неджда. Отношения между властью и шиитами были нормализованы в 2003 году, когда наследный принц официально признал религиозную разнородность Саудовской Аравии. В символическом плане это поворот огромной важности: шиитское возрождение может оказаться шансом для страны.

Другой резерв - это огромная масса неимущих, проживающих на юго-западе королевства, где сосредоточено большинство саудовского населения. Наконец, впервые за долгие годы взлет цен на нефть дает государству возможности для маневра в бюджетной сфере. Если оно не ударится, как это было после нефтяного бума 1970-х годов, в губительную расточительность.

- Могут ли в этом контексте насилия сыграть какую-то роль проблемы престолонаследия?

- Нет. Королевская семья заинтересована в сохранении экономической и стратегической целостности страны. Что касается престолонаследия, то здесь трудно давать какие-либо прогнозы. Здесь есть две отдельные проблемы. Первый кризис возникнет с восшествием на престол наследного принца Абдаллы. Затем, существует проблема передачи власти новому поколению. Однако последние из сыновей короля Абдель Азиза (который правил с 1932 по 1952 годы. - Libération) родились в начале 1950-х годов, что позволяет отдалить приближение этого момента. Как бы то ни было, о неизбежном распаде Саудовской Аравии говорят уже больше полувека, а она до сих пор существует.

Источник: Libération


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru