Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
22 сентября 2006 г.

Гай Чейзан | The Wall Street Journal

Кровавые деньги

Убитый в России чиновник наделал себе много врагов. Следя за незаконными финансовыми потоками, Андрей Козлов стал проклятием для теневых банкиров. Борьба с коррупцией может пострадать

Весной 2004 года Центральный банк России начал наступление в борьбе против отмывания денег, отняв лицензию у одного из московских банков, который он считал рассадником финансовых преступлений. Но когда сотрудники регулирующего органа попытались взять под контроль его главный офис, охранники банка в черных костюмах их не впустили.

Последовали новые акции сопротивления. Демонстрации вкладчиков блокировали одну из самых оживленных магистралей Москвы, парализуя уличное движение. Объектом их гнева был Андрей Козлов, глава банковского регулирования в России. Чтобы все было понятно, двое демонстрантов спустили брюки, демонстрируя слово "Козлов", написанное на их задах.

Это была первая стычка в ходе крестового похода с высокими ставками на российскую, непрозрачную и криминализованную, банковскую систему - проекта, лежащего в основе амбиций президента Владимира Путина модернизировать российскую экономику. Козлов, 41-летний кадровый сотрудник Центробанка, возглавил кампанию.

На прошлой неделе его амбиции пресекла пуля убийцы. В Козлова стреляли у московского стадиона, когда он вышел после игры в футбол с коллегами-банкирами. Позже он умер от ран.

Козлов был одним из самых высокопоставленных российских чиновников, убитых в посткоммунистический период, и его смерть потрясла российскую элиту. Заказные убийства бизнесменов были рутиной в начале 1990-х годов, когда капитализм в России только зародился, и многие думали, что они стали достоянием прошлого.

Нападение продемонстрировало слабость заявлений Путина о наступлении новой эры стабильности. Оно показало также: несмотря на то что политических вызовов власти Кремля становится все меньше, преступность и коррупция по-прежнему подрывают авторитет государства. Действительно, сам Путин в сентябре признал, что отсутствие прогресса в борьбе с коррупцией - это одна из неудач его президентства.

Хотя следователи говорят, что у них мало зацепок в убийстве Козлова, Путин уже сделал свои выводы. На поспешно созванном совещании высокопоставленных чиновников в прошлую пятницу он заявил, что убийство продемонстрировало, что российская банковская система пронизана преступностью. Банки по-прежнему переводят миллиарды рублей в наличных платежах, которые используются для уклонения от уплаты налогов, "огромных взяток", финансирования терроризма и "наркомафии", заявил он.

Козлов возглавлял наступление на отмывание денег, в процессе которого преступники используют запутанные финансовые сделки, чтобы скрыть происхождение незаконно полученных денег. Однако его беспокоили не только грязные деньги, поступающие в систему, но и деньги, которые выкачивают из нее и используют в преступных целях.

На Западе большинство платежей компании осуществляют банковскими переводами, и снятие даже нескольких тысяч долларов наличными может привлечь внимание. В России же царствует наличность. Компании, как криминальные, так и внешне законные, часто использую ее для выплаты зарплат, чтобы избежать обременительных налогов на зарплату, для подмазывания коррумпированных чиновников, для покупки недвижимости.

Чтобы добраться до этих денег, компании должны обходить строгие правила, запрещающие банкам выдавать большие суммы наличными. К счастью для них, есть десятки мелких непрозрачных банков, готовых использовать лазейки в законах и множество сложных финансовых схем, чтобы обойти правила. Для банков, которые взимают с клиентов пошлину в 5% за снятие со счетов наличных, это выгодный бизнес.

Чтобы оценить масштабы проблемы, возьмем "Арат", крошечный банк, зарегистрированный в деревне у границы с Монголией, у которого Козлов отозвал лицензию в августе 2005 года. Регулирующие органы заявили, что банк, активы которого составляли всего 320 тыс. долларов, только в июне-июле прошлого года выдал 1,34 млрд долларов. Найти владельцев банка, ликвидированного в прошлом октябре, чтобы получить у них комментарии, не удалось.

Наличные, за которыми невозможно проследить, смазывают колеса коррупции и неуплаты налогов в России. Это жизненная сила системы, которая соединяет правительство, бизнес и организованную преступность в сеть подкупа и финансовых нарушений. Российские чиновники, милиционеры и банкиры считают, что атака Козлова на систему стоила ему жизни.

Многие считали усилия Козлова тщетными - "черный нал" настолько присущ российской действительности, что без него экономика не может функционировать. "Он говорил, что знает об этом, - сказал Ричард Хейсуорт, глава местной компании кредитных рейтингов RusRating и друг Козлова. - Но он хотел вытащить проблему из банковской среды на политическую арену".

Козлов боролся в одиночку. Отозвав лицензию у того или иного банка, его департамент регулярно передавал доказательства о его незаконных манипуляциях с наличными и отмывании денег в прокуратуру и милицию. Во многих случаях доказательства игнорировали. Это может измениться: в числе мер, предложенных Путиным в пятницу, - создание рабочей группы по борьбе с преступностью в банковской системе. Впервые в комиссию войдут представители милиции и прокуратуры, а не только сотрудники регулирующих органов, и это предполагает более жесткое отношение к нечистоплотным банкам.

Вчера Геннадия Меликяна, заместителя председателя Центробанка России, назвали преемником Козлова на посту главного регулятора России. Экономист, получивший образование в советское время, Меликян ранее отвечал за ревизии российских банков.

Когда Козлов пришел в Центробанк в 2002 году, в российской сфере финансовых услуг царил хаос. Десятилетие международные структуры вроде Всемирного банка призывали к модернизации. Экономика, говорили они, останется слабой без эффективно управляемых банков, способных превращать личные сбережения в инвестиции в промышленность, а не просто переправлять деньги в офшоры.

В политическом и экономическом хаосе времен Бориса Ельцина почти ничего не было сделано. Банковская сфера еще оправляется от российского финансового кризиса 1998 года, когда некоторые крупнейшие учреждения страны рухнули под грузом долгов.

Из примерно 2 тыс. оставшихся банков многие занимались почти исключительно отмыванием доходов организованной преступности, утверждают эксперты Всемирного банка. Другие были всего-навсего казначействами посткоммунистических магнатов и не хотели или не могли обслуживать экономику. В пейзаже господствовал принадлежащий государству Сбербанк с львиной долей частных вкладов. Многие другие были мелкими, с недостаточной капитализацией, завышенными балансами и непрозрачной структурой собственников.

Козлова, специалиста Центробанка, перешедшего в частный банк после кризиса 1998 года, привел Сергей Игнатьев, уважаемый экономист, которого Путин назначил главой Центробанка в марте 2002 года, поручив очистить систему. "У Андрея была полная поддержка президента", - говорит экономический советник Путина Аркадий Дворкович. Путин пришел к власти в 2000 году, обещая возродить российскую экономику, и финансовым услугам предстояло стать ключевым элементом этого возрождения.

"Грязные нападки"

С самого начала Козлов знал, что может нажить врагов и в Центробанке и за его пределами. "За мной сейчас очень пристально следят", - заявил он в июне 2002 года в интервью The Wall Street Journal. Несколько "грязных нападок", сказал он, сделано через местную прессу - его обвиняли в том, что он берет взятки. "Они анализируют каждое мое слово", - добавил он.

Западные банкиры регулярно заходили с заезжими руководителями в его кабинет в Центробанке. "Всегда было удовольствием знакомить людей с ним, потому что он явно был тем, кто символизирует прогресс в России", - заявил Марк Робинсон, глава российского отделения Citibank Inc.

Хотя он учился в советской системе, Козлов, женатый и имевший трех детей, был больше ориентирован на Запад, чем многие российские чиновники. Увлеченный футболист, он изучал международные экономические отношения в одном из самых престижных вузов СССР, Московском финансовом институте. Некоторые из его соучеников стали самыми богатыми российскими бизнесменами и самыми влиятельными банкирами.

В 2001 году его сделали московским главой Волонтерского корпуса финансовой службы (Financial Services Volunteer Corps), американской некоммерческой организации с государственным финансированием, созданной первым президентом Бушем в 1990 году, чтобы помочь модернизации банковских систем переходных экономик. Там он консультировался с представителями Казначейства США в Москве и написал проект плана всеобъемлющей модернизации банковской системы. Эти идеи стали стержнем его программы, когда годом позже он пришел в ЦБ. Они также сформировали его либеральную позицию в отношении иностранных банков: конкурировать в общем на тех же условиях, что и российские. Эта философия не принесла ему много друзей в российской банковской отрасли, но помогла сделать Россию ключевой целью таких иностранных гигантов, как Citibank.

Назначенный главой регулирующего органа России, Козлов взялся за восстановление доверия к банкам страны, пробивая закон о страховании вкладов. Мера, которую годами мариновали в парламенте, подразумевала компенсацию вкладчикам в случае краха их банка.

Чтобы их включили в программу и дали право работать с индивидуальными клиентами, банки должны были предоставлять властям гораздо больше информации, чем раньше. Они были вынуждены сообщать, кто их подлинные владельцы и представлять подробный бизнес-план, а те, кто получал разрешение, подлежали суровому мониторингу.

Напряженное время

Это было напряженное время. Козлов возглавлял комиссию, которая решала, кто соответствует требованиям, и использовал процесс, чтобы "выполоть" самые нечестные российские банки. Закон давал ему большую свободу действий. В итоге 343 из 1270 соискателей провалились. Это вызвало ярость на рынке. Авторы статей в российской прессе утверждали, что за включение в программу банки должны были дать взятку в размере 150 тыс. долларов.

Козлов отмахивался от такой критики. Анатолий Аксаков, член банковского комитета российского парламента, однажды поздно вечером встретил его после целого дня скрининга банков для новой системы. "Он шел мимо Большого театра из Центробанка, и я спросил: "Как получилось, что у вас нет телохранителя?" Он засмеялся и сказал: "А зачем? Я законопослушный гражданин".

В 2004 году Козлов начал следующий этап своего крестового похода - наступление на криминальные банки. В мае он в срочном порядке собрал журналистов в элегантном главном офисе Центробанка - здании XIX века, чтобы объявить, что он отозвал лицензию у Содбизнесбанка, учреждения средней величины, зарегистрированного в Москве. Это был исторический момент: власти впервые применили недавно принятый закон, направленный против отмывания денег, чтобы закрыть банк. По словам Дворковича, Кремль полностью его поддерживал.

Регулирующий орган обвинял Содбизнесбанк в ряде финансовых нарушений. Он отмечал, что банк, зная об этом, управлял выкупом, полученным в ходе громкого похищения человека, а в 2003 году выдал более 1 млрд долларов наличными, что составило около 9% всех подобных сделок, осуществленных в том году банковской системой. Банк, заявил Козлов журналистам, сочетал сомнительные операции с активной кампанией по привлечению вкладчиков.

Содбизнесбанк нанес ответный удар. Его президент Роман Петров назвал действия Козлова "полным произволом" и оспорил их в суде. На протяжении двух недель охранники не давали уполномоченным администраторам Центробанка войти в помещение. В итоге им, чтобы войти, понадобилось милицейское сопровождение.

Тем временем руководство Содбизнесбанка мобилизовало сотни клиентов на акции протеста у здания банка. Они блокировали одну из самых оживленных улиц Москвы, обвиняя Козлова в попытке украсть их сбережения. В российских СМИ началась злобная атака на банкира.

Финансовый чиновник намекнул, что и у других банков могут скоро отобрать лицензии. Ударившись в панику, банки перестали кредитовать друг друга, спровоцировав тяжелую ситуацию с ликвидностью. Встревоженные клиенты стояли в очередях у банкоматов, чтобы забрать свои сбережения, и у некоторых банков кончились деньги. Одно крупное учреждение, Гута-Банк, вынуждено было закрыть двери после набега вкладчиков, и в конце концов его поглотил один из крупных российских государственных банков.

Козлов утверждал, что банковский кризис организовали умышленно, чтобы дискредитировать правительство. Многие в банковском секторе требовали его отставки. Игнатьев и Кремль были на его стороне. "Было ясно, что причина неразберихи - это фундаментальные проблемы в банковской системе, - заявил Дворкович. - Не было смысла винить одного человека".

Следователи продолжали заниматься Содбизнесбанком. Они завили, что в месяцы, предшествовавшие отзыву Козловым его лицензии, руководство банка увело активы на миллиарды рублей и подделало банковские счета, чтобы прикрыть прорехи. В прошлом году прокуратура завела уголовное дело о "преднамеренном банкротстве", но никому конкретно обвинения не предъявлены.

У скандала вокруг Содбизнесбанка был страшный эпилог в октябре прошлого года, когда бизнесмен Александр Слесарев, которого многие считали подлинным хозяином банка, был убит. Преступники, вооруженные автоматами Калашникова, поравнялись с его двигавшимся на большой скорости "мерседесом" в пригороде Москвы и изрешетили машину пулями, убив бизнесмена, его жену и старшую дочь.

Война Козлова против таких компаний, как Содбизнесбанк, сделала его очень уязвимым. Министр финансов Алексей Кудрин сказал, что банкир "часто посягал на интересы нечистоплотных финансистов" и преступных группировок. Его департамент закрывал примерно два банка в месяц, и у Козлова не было недостатка во врагах. Коллеги говорят, что ему многократно грозили смертью.

"Его могли убить коммерческие организации, пытавшиеся отмыть деньги через банки, не обязательно сами банки", - заявил бывший глава Центробанка Виктор Геращенко.

Несмотря на опасности. Козлов гнул свою линию. Он удерживал российские банки от использования финансовых схем для раздувания балансовых отчетов. Он увеличил требуемую капитализацию, вызвав волну слияний и консолидаций.

Некоторые другие его планы, если бы они осуществились, принесли бы ему еще больше врагов. "Последнее, о чем Андрей говорил мне перед гибелью, было то, что его следующий крупный проект - это поиск способов реформировать сам Центробанк", - сказал Хейнсуорт из RusRating. Простор был огромный: банкиры говорят, что в некоторых региональных отделениях Центробанка процветает коррупция, что он требует огромные взятки, чтобы сделать такие рутинные вещи, как регистрация увеличения капитализации. После его смерти эти планы вполне могут оказаться под сукном.

Источник в Центробанке отказался комментировать обвинения в коррупции. Он заявил, что Козлов никогда публично не обсуждал планы чистки Центробанка, а он не может комментировать частные беседы банкира.

В прошлую субботу тысячи людей пришли на похороны Козлова. Это был полный сбор сливок российского обществ: министры, чиновники Центробанка, дипломаты и магнаты пришли воздать последние почести. Огромные венки и букеты красных роз возлагали к открытому гробу.

Выступавшие, один за другим, превозносили банкира и ругали правительство, не сумевшее его защитить. "Государство показало, что оно не способно защить тех, кто отстаивает его интересы", - заявил глава Сбербанка Андрей Казьмин.

Источник: The Wall Street Journal


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru