Архив
Поиск
Press digest
13 апреля 2021 г.
23 декабря 2013 г.

Маша Липман | The New Yorker

Ходорковский: свободный человек в Берлине

Существует несколько объяснений, почему Ходорковского, некогда богатейшего человека России и самого успешного нефтяного магната, признали столь серьезной угрозой для Кремля, что его понадобилось посадить, пишет политолог Маша Липман в The New Yorker. В двух словах, из-за масштабов своего бизнеса он был слишком важным игроком, грозным конкурентом самого государства. К тому же он перешел дорогу Игорю Сечину, авторитетному члену ближнего круга Путина.

В результате Ходорковского осудили на 8 лет колонии за уклонение от уплаты налогов, а активы его компании ЮКОС достались сечинской "Роснефти". Через несколько лет было открыто второе, граничащее с абсурдом дело, в ходе которого прокуроры заявили, что Ходорковский и его партнер по бизнесу Платон Лебедев "украли" всю производимую компанией нефть.

"За 10 лет в тюрьме Ходорковский превратился в человека восхитительных моральных качеств и достоинства, - говорится в статье. - Он так и не признал свою вину. Все годы заключения и тупой черной работы он хранил твердость и гордость".

"Освобождение Ходорковского, может, и прекрасная новость, но оно не исправит совершенной по отношению к нему несправедливости, - сожалеет автор статьи. - Не улучшит оно и атмосферу беззакония, которую Путин создал в России".

Чем же обусловлена столь внезапная перемена настроения? Популярная в России теория гласит, что таким образом Путин хочет приукрасить образ страны в свете приближения его любимого детища - Олимпиады в Сочи.

"Однако более интересная версия отсылает к судебным искам, которые бывшие инвесторы ЮКОСа подали за рубежом против российского правительства, обвиняя его в разрушении компании Ходорковского, - сообщает Лимпан. - Они уже выиграли несколько дел. В прошлом году суд обязал российские власти компенсировать убытки, понесенные испанскими инвесторами после того, как ЮКОС перешел под контроль государства".

"Если верить этой версии, помилование Ходорковского может оказаться не только милосердием, но и урегулированием: его освобождение должно предотвратить подачу новых исков, - объясняет политолог. - Если это верно, это также объясняет совершенную секретность операции помилования. В Берлине Ходорковский заявил, что подал прошение еще 12 ноября, так что история началась раньше, чем показалось на первый взгляд, и, скорее всего, содержит условия, о которых мы только-только начинаем узнавать".

Услышав о поспешном отъезде Ходорковского в Берлин, в России вспомнили Александра Солженицына, которого советское правительство в 1974 году тайно выслало в Германию. "Напрашивается вопрос о том, был ли отъезд Ходорковского его собственным выбором или он был вынужден согласиться на него, поскольку Путин остается его заклятым врагом. В последнем случае актом милосердия это уже не назовешь", - полагает Липман.

Источник: The New Yorker


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru