"Культура всегда выживала, при любом тоталитарном режиме: Карл Орф писал музыку, Вильгельм Фуртвенглер сделал некоторые лучшие свои записи с Берлинским филармоническим оркестром и Герберт фон Караян процветал при нацистском режиме (он даже вступил в партию, два раза)", - пишет политолог, профессор НИУ ВШЭ Сергей Медведев в итальянской газете La Repubblica.

"Кто-то даже утверждает, что искусство может пережить расцвет при тоталитарном правительстве, которое обычно активно инвестирует в сферу символического и холит своих художников или же спорным образом создает творческую напряженность между правительством и художником, как это очевидно, к примеру, в музыке Дмитрия Шостаковича. И все же российская ситуация имеет существенные особенности", - отмечает автор.

"Ситуация дуалистическая: с одной стороны, государство может предоставлять весомые бонусы и субсидии, но, с другой стороны, оно все чаще претендует на политическую лояльность и идеологическое соответствие официальной позиции, - говорится в статье. - За это десятилетие положение значительно ухудшилось. Государство, РПЦ, консервативные активисты и радикальные фанатики единым фронтом попирают творческую свободу".

Прежде всего, автор отмечает "наступление российского государства, которое стремится отвоевать сферы политической, экономической и социальной автономии в рамках крупномасштабной атаки против российского общества". "Во-вторых, растет политическая и общественная роль РПЦ, по инициативе не только патриарха Кирилла, но и "серого кардинала" российской политики, архимандрита Тихона (Шевкунова), личного духовника Путина. Церковь, вступая в противоречие с конституцией, провозглашающей, что Россия - светское и многоконфессиональное государство, все больше предлагает себя в качестве хранителя и высшего авторитета в области государственного образования, нравственности и культуры, - говорится в статье. - В-третьих, консервативный поворот, происходящий в российской политике, пробудил клерикальные и фундаменталистские силы общества, жаждущие подвергнуть цензуре любую форму современной культуры".

"Разговор об искусстве и государстве в России не может обойтись без упоминания уголовного преследования Кирилла Серебренникова, - продолжает Медведев. - Оно могло бы восприниматься как случай исключительно юридического значения, но в России действия судебных органов избирательны и столь публичные дела неизбежно являются политическими. Это четкий сигнал творческой элите: никто не защищен".

"В сегодняшней России все еще возможно предложить независимый художественный месседж? В конкретных случаях, да", - полагает автор. Он приводит в пример Театр.doc: "Маленькая независимая московская театральная труппа ставит критические и беспристрастные спектакли и финансирует свою деятельность полностью за счет продажи билетов и пожертвований. Городские власти чинят ей препоны, и ей часто приходилось переезжать, но она выживает и остается популярной".

"Неофициальному искусству все еще удается найти пути, чтобы дойти до публики, особенно в области изобразительного искусства, но оно остается на обочине культурного мейнстрима. Каждый раз, когда произведение искусства становится столь важным, чтобы быть замеченным широкой публикой, оно должно приспособиться к официальным институтам: государство может его запретить или поддержать, но и во втором случае - это зачастую удушающее объятие", - заключает Медведев.