Архив
Поиск
Press digest
4 декабря 2020 г.
26 ноября 2007 г.

Марк Франкетти | The Sunday Times

Человек, объявленный в розыск Великобританией

Марк Франкетти встретился с Андреем Луговым, которого обвиняют в скандальном убийстве Александра Литвиненко посредством полония. Но в России Лугового славят как героя

Через несколько дней после того, как британские власти потребовали экстрадиции Андрея Лугового по подозрению в убийстве Александра Литвиненко - бывшего сотрудника КГБ, в прошлом году отравленного в Лондоне полонием - этот человек, находящийся в розыске в Великобритании, провел полдня в праздном времяпрепровождении в обществе родных и друзей на одном из самых эксклюзивных светских мероприятий Москвы. Сидя в ВИП-ложе на московском ипподроме, Луговой, пока его снимали фотографы, пил маленькими глотками белое вино, делал ставки и вскочил с ликующим криком, когда его девятилетний сын Егор выиграл 50 фунтов.

Столь же расслабленно Луговой держался шесть недель спустя, когда отношения между Великобританией и Россией максимально ухудшились со времен окончания холодной войны, так как Москва наотрез отказалась его выдать: конституция страны запрещает экстрадицию ее граждан.

Вскоре после этого Великобритания в знак протеста выслала четырех российских дипломатов, а Кремль в ответ выдворил четверых британских. Тем временем Луговой отдыхал в роскошных условиях на Черном море. Словом, с тех пор как он был объявлен в розыск в Великобритании, его жизнь превратилась в бесконечную череду мероприятий для избранного круга, участия в ток-шоу и вообще озарилась славой.

Вот еще один знак пренебрежения к британскому правительству: Луговой баллотируется в парламент на выборах, которые состоятся в грядущее воскресенье, в качестве номера два у Владимира Жириновского - фигуры весьма неоднозначной, лидера ультранационалистической партии ЛДПР. В случае своего избрания Луговой, до сих пор не находящийся в России под следствием, обретет депутатскую неприкосновенность от судебной ответственности в своей стране. Возможно, ЛДПР не получит необходимого числа голосов, чтобы остаться в парламенте, но, судя по соцопросам, выдвижение Лугового подхлестнуло ее популярность. Пусть в Великобритании мало кто верит пламенным уверениям Лугового в том, что он невиновен, но в России за него проголосуют многие.

За последние 10 месяцев я провел много времени с Луговым и его другом детства Дмитрием Ковтуном. Ковтун был вместе с Луговым в Лондоне, когда тот в последний раз встретился с Литвиненко - это случилось 1 ноября 2006 года, в тот самый день, когда бывшего сотрудника КГБ отравили. Встречи с Луговым были интригующими, проходили они в обстановке роскоши и порой выглядели довольно странно: как-то за ужином в одном московском ресторане Луговой, за бутылкой красного вина стоимостью в 180 фунтов, куря кубинскую сигару, заявил о своей полной непричастности к убийству и сказал, что является жертвой заговора со стороны врагов России и британской разведки. На охоте в отдаленном лесу неподалеку от Волги я наблюдал, как оба у костра пили водку и пели сентиментальные песни времен коммунистического режима. На праздновании дня рождения Лугового (ему исполнился 41 год) один из гостей подарил ему тяжелый пулемет 1937 года на колесах, а другой - трость, отделанную драгоценными камнями и золотом, внутри которой спрятан кинжал.

Луговой пригласил меня за кулисы на съезде партии ЛДПР, на котором он начал свою политическую карьеру. Он также возил меня на своем BMW с шофером на подмосковный полигон, где я смотрел, как он стреляет из огнестрельного оружия, покуда на заднем плане тренировались телохранители из его охранной компании.

Он ответил на сотни вопросов о своем прошлом в КГБ, своей нынешней предпринимательской деятельности и своей гипотетической причастности к смерти Литвиненко. Мне ни разу не казалось, что я застал его врасплох, а разгорячился он лишь однажды, когда я оспорил его утверждение, что он не имеет никакого отношения к отравлению Литвиненко. Он также не делал секрета из того, почему подпустил меня к себе: "Я хотел, чтобы вы увидели меня таким, каков я есть, и сделали свои собственные выводы. Мог ли я действительно совершить хладнокровное убийство, а затем вести себя так спокойно? Я хотел, чтобы вы понаблюдали за моим поведением не только когда на мне галстук, но и когда я сижу у костра и пью водку. У меня очень твердая позиция: я не виноват. Я абсолютно к этому непричастен".

Время, проведенное с Луговым, стало для меня путешествием, которое разрушило мои ожидания. Я подозревал его, затем поверил его заявлениям о невиновности, но лишь для того, чтобы впоследствии запутаться еще больше; тем временем я проникся к нему симпатией, несмотря на все мое недоверие.

Я также наблюдал, как он менялся. Когда его имя впервые связали с отравлением Литвиненко (всего за несколько дней до того, как в ноябре прошлого года бывший сотрудник КГБ умер медленной и мучительной смертью), Луговой, казалось, искренне недоумевал, но за истекший период сделался все более задиристым и уверенным в себе, если не наглым. Как-то он спросил, не могу ли я достать ему на память экземпляр британской газеты, которая поместила его фотографию на первой полосе.

Вся правда о том, кто отдал приказ убить Литвиненко или какую роль Луговой сыграл в его убийстве, если вообще был к нему причастен, вряд ли будет раскрыта. Но в истории бывшего охранника КГБ, который стал бизнесменом, затем подозреваемым в убийстве, а затем знаменитостью, есть отголоски истории современной России.

Мировоззрение Лугового, который когда-то с энтузиазмом относился ко всему западному, а теперь проникается нарастающим недоверием и враждебностью, отражает взгляды миллионов россиян. Таким же образом его задиристость - знак растущей уверенности России в себе, поскольку страна стремится частично восстановить влияние, утраченное с распадом СССР. Бизнесмен-миллиардер, за которым по пятам следуют телохранители, он также является представителем богатой новой элиты, рожденной из пепла коммунистического режима, которая, как выразился Луговой, "следующие 20 лет будет править Россией".

Многие спросят: разве возможно, чтобы человек, обвиняемый в первом известном мировой истории убийстве с применением радиоактивного вещества, имел политическое будущее? "Кто такой Луговой для потенциального избирателя, голосующего за Жириновского? - задал риторический вопрос Владимир Познер, один из самых авторитетных российских политических комментаторов. - Если вы считаете, что он действительно убил Литвиненко, вы скажете: "Отлично, Литвиненко был предатель, которого следовало убить, и этот человек - герой". Если вы не считаете, что Луговой убил Литвиненко, вы скажете: "Его преследуют люди, которые нас ненавидят, - Запад, - так что он герой". Беспроигрышная ситуация".

"По контрасту со временами коммунистического режима антизападные настроения сейчас распространены здесь среди простых людей, - поясняет Познер. - Это опаснее: это ведет к национализму, шовинизму и даже к неофашистским взглядам, так как Запад избрал неверную линию по отношению к России. После краха коммунистического режима было ощущение, что Запад злорадно потирает руки. Многие россияне считали так: "Послушайте, мы отделались от этой ужасной системы. Мы взяли на себя основную тяжесть. Встречайте нас с распростертыми объятиями". Но в действительности произошло нечто прямо противоположное".

Андрей Константинович Луговой родился в патриотично настроенной семье военного. Его дед получил советскую медаль за участие в битве за Берлин в 1945 году. Его отец служил в армии, его брат был офицером на атомной подлодке. Его мать работала учительницей в школе.

"В Москве я поступил в военное училище", - вспоминал Луговой, когда колол дрова во время поездки на охоту. Настоящий лидер в компании своих старых друзей по военной службе, Луговой позднее приготовил ужин на открытом огне, пел и играл на гитаре. Наши запасы водки - 15 бутылок на восемь человек - истощились через 24 часа. "Сын офицера шел служить в армию, это считалось само собой разумеющимся, - продолжал он. - Точно так же ожидалось, что я вступлю в коммунистическую партию, что я и сделал в 18 лет".

Когда ему было всего 20 лет, его отобрали для службы в КГБ и поручили обеспечивать личную безопасность руководителей страны. "Вы на Западе думаете, что здесь все жили в страхе перед КГБ", - сказал Луговой, помешивая уху, пока Ковтун, тоже сын офицера вооруженных сил, пил вино. Ковтун был одет в камуфляжную форму и обут в сапоги от Prada. "На самом деле большинство испытывало огромное уважение к сотрудникам КГБ, так как туда отбирали только лучших. Я был очень горд", - продолжал Луговой.

"Я никогда не отличался пламенной верой в коммунистическую идеологию, но для советской системы была характерна предсказуемость".

Эта надежность закончилась вместе с распадом СССР. В результате гиперинфляции миллионы людей потеряли все свои сбережения. Начался разгул преступности и коррупции. Горстка беспринципных бизнесменов с хорошими связями баснословно обогатилась, пока миллионы людей прилагали огромные усилия, чтобы выжить. "Отец очень тяжело пережил крах, - вспоминает Луговой. - В отличие от меня, он очень верил в идеологию, и мы часто спорили о переменах".

Скоро Луговой тоже разочаровался. Когда он впервые попал в США в 1992 году в качестве телохранителя Егора Гайдара, в то время либерально настроенного премьер-министра, который сопровождал Ельцина на американо-российском саммите, Луговой и его коллеги по КГБ выменивали советские сигареты на "Мальборо" у американских агентов, охранявших Джорджа Буша-старшего. "Одна пачка американского "Мальборо" была эквивалентна пятой части моей месячной зарплаты, - вспоминает Луговой. - Тогда у меня было трое детей (теперь у него четверо), и предполагалось, что я должен их растить на деньги, на которые можно купить пять пачек американских сигарет. Вот до какой степени обнищали элитные подразделения армии и простые россияне".

КГБ, который Ельцин переименовал в Федеральную службу безопасности (ФСБ) и раздробил на отдельные управления, чтобы урезать его власть, страдал от колоссальной "утечки мозгов". Сотрудники российской тайной полиции толпами уходили в отставку, чтобы работать в прибыльном частном секторе. В период, когда предпочтительным методом урегулирования споров оказались заказные убийства, безопасность стала для первых российских магнатов острой необходимостью. По мере роста их богатства и власти увеличивались и их частные армии, состоявшие из бывших сотрудников КГБ. Эти армии обеспечивали защиту, связи и, что имело ключевую важность, секретную информацию.

Чем более темным делом становился в России бизнес, тем большей таинственностью была окружена их работа. Сбор "компромата" на конкурентов, промышленный шпионаж, прослушивание, запугивание и шантаж были - и в некотором роде до сих пор остаются - обычным явлением.

В качестве охранника российского премьер-министра Луговой имел хорошие возможности для поиска нового работодателя. К Гайдару приходили политики и бизнесмены, которые лоббировали свои интересы и просили об услугах. Луговой знакомился с ними, когда они нервно мерили шагами приемную. Так он в 1993 году познакомился с Борисом Березовским. Березовский - в то время самая противоречивая фигура среди российских олигархов, имевший наилучшие связи в Кремле - позднее рассорился с Путиным и теперь объявлен Россией в розыск по обвинениям в хищении. К ярости Кремля, Березовскому было предоставлено политическое убежище в Великобритании.

Подходящий случай подвернулся в 1996 году, когда Луговой ушел в отставку и возглавил службу безопасности ОРТ - общенационального телеканала, контрольный пакет которого принадлежал Березовскому. Его месячная зарплата выросла с 250 до 2500 фунтов плюс служебная машина с шофером.

Лугового взял под свое крыло Бадри Патаркацишвили, деловой партнер Березовского.

В качестве главы службы безопасности Луговой был вовлечен в беспощадную битву за политическое влияние между ОРТ и НТВ: последний, в то время второй из двух частных общенациональных телеканалов в России, принадлежал Владимиру Гусинскому, сопернику Березовского. "Прослушивание телефонных разговоров, слежка, покупка компрометирующих документов - все это имело место. Отрицать этого я не стану. Тогда это было в норме", - говорит Луговой.

У Березовского работал и Александр Литвиненко - не в штате ОРТ, но в составе его частной группы бывших сотрудников КГБ/ФСБ. Следователь из отдела ФСБ по борьбе с организованной преступностью, Литвиненко сблизился с Березовским, когда был направлен расследовать покушение на магната с использованием бомбы в автомобиле (в результате этого покушения Березовский был ранен, а его шофер погиб). В то время пути Литвиненко и Лугового пересеклись, но эти люди были едва знакомы между собой.

Их связи с Березовским стали обременительными, когда магнат сделался ярым критиком Путина. Литвиненко - он публично обвинил ФСБ в нескольких преступлениях, в том числе в заговоре с целью убийства Березовского - был ненадолго заключен в тюрьму. Позднее он бежал из России, обосновался в Лондоне и, находясь там, получая деньги от Березовского, стремился дискредитировать Путина и ФСБ.

Луговой тоже нарвался на неприятности. Его обвинили в попытке устроить побег из тюрьмы некоему деловому партнеру Березовского, он также был арестован и провел под стражей 15 месяцев. Большинство считает, что эти обвинения были сфабрикованы, но после смерти Литвиненко недоброжелатели Лугового, в том числе Березовский, подозревают, что в тюрьме Лугового либо завербовали, либо он заключил с ФСБ сделку. В 2002 году его освободили.

"Есть такая поговорка - "бывших кагэбэшников не бывает", - говорит Андрей Васильев, редактор одной из самых авторитетных российских газет - "Коммерсанта", которая когда-то принадлежала Березовскому. Васильев знает Лугового и когда-то близко общался с Березовским. "Я нахожу историю Лугового слегка странной, - отмечает Васильев. - Он сидел в тюрьме, против него было возбуждено дело - и вдруг с ним все в порядке, ему разрешают заниматься бизнесом, он до сих пор контактирует с Березовским. Тут возникают вопросы".

Луговой, любящий в шутку утверждать, что ваш покорный слуга - законспирированный агент MI-6, решительно отверг утверждения, что его завербовали в ФСБ, и сослался на примеры людей, в том числе деловых партнеров Березовского, которые сидели в тюрьме, но после освобождения добились успеха. Луговой начал как предприниматель, владелец частной охранной компании, которая предоставляет богатым россиянам телохранителей по найму. Он до сих пор владеет этой фирмой, которая также предоставляет консалтинговые услуги инвесторам.

До самого недавнего времени Луговой был акционером компании, производящей безалкогольные напитки. Он и его партнеры строят и продают склады, а теперь стремятся покупать участки сельскохозяйственных угодий. По оценке самого Лугового, капитализация фирм, акционером которых он является, составляет в общей сложности примерно 100 млн фунтов.

"Я успешный бизнесмен, - сказал Луговой, когда мы обедали с его старым другом по КГБ, а ныне деловым партнером. - В последние семь лет при Путине нам, россиянам, вернули то, что мы потеряли, - наше самоуважение и чувство собственного достоинства".

Это мнение разделяют миллионы россиян. "Когда коммунистический режим пал, - говорит Познер, - все говорили: "Мы хотим демократии". Но вдруг прилавки магазинов опустели, и люди потеряли все, а горстка стала миллиардерами. Тогда люди переиначили слово "демократия" на "дерьмократию". Даже сегодня, если это демократия, большинство скажет: "Нет, спасибо".

"При Путине лейтмотивом стал лозунг, что Россия возродилась, она снова стала могущественной, ею нельзя помыкать, как вы помыкали, когда распался Советский Союз, - поясняет Познер. - Вот почему Путин так популярен".

Бизнес, а не дружба, снова свел Литвиненко и Лугового в Лондоне спустя почти 10 лет после их первой встречи в Москве. Как вспоминает Луговой, Литвиненко позвонил ему в ноябре 2005 года и стал поощрять приехать в Лондон для встречи с представителями британской компании, которая искала в России консультанта по вопросам безопасности.

Спустя месяц два бывших сотрудника КГБ встретились на Оксфорд-серкус. Литвиненко повел Лугового в офис фирмы Risc Management, оказывающей консалтинговые услуги в области безопасности, чтобы поговорить о работе в России. Когда Луговой вновь приехал в Лондон, Литвиненко свел его с представителями еще одной крупной охранной компании. Луговой, поклонник романов о Шерлоке Холмсе, Лондона и в особенности универмага Harrods, вскоре был глубоко впечатлен этими встречами. Оба договорились, что Литвиненко получит 20-процентные комиссионные от сделок, заключенных при его помощи в Великобритании.

В 2006 году Луговой летал в Лондон как минимум 10 раз. При каждом визите он встречался с Литвиненко, иногда по несколько раз. После смерти бывшего офицера ФСБ Луговой утверждает, что знакомые, которым его представлял Литвиненко, были сотрудниками MI-5, стремившимися завербовать его в качестве информатора; это не выглядит чем-то невероятным. Луговой отказался, но продолжал поддерживать деловые отношения с Литвиненко.

"Мне ненадолго отказали в британской визе - очевидно, чтобы оказать на меня давление, - говорит он. - Я работал над заключением других контрактов в Лондоне. Я боялся, что меня больше не впустят, если я слишком резко разорву отношения с людьми, с которыми меня свел Литвиненко".

16 октября 2006 года Луговой прилетел в Лондон вместе с Ковтуном, который также искал деловых партнеров в Великобритании, и познакомил его с Литвиненко. Скотланд-Ярд ничего не сообщает о вещественных доказательствах против Лугового, которыми располагает, но, как считается, первые следы полония-210 - изотопа, который убил Литвиненко - были обнаружены в местах, которые Луговой и Ковтун посещали во время этого визита.

Через десять дней Луговой снова встретился с Литвиненко в Лондоне, а Ковтун вылетел в Германию. В местах, где они бывали в Гамбурге и Лондоне, были обнаружены следы полония.

1 ноября 2006 года Луговой и Ковтун снова оказались в Лондоне, на сей раз для того, чтобы сходить на футбольный матч. Лугового сопровождала его семья. По его словам, в этот день он не планировал видеться с Литвиненко, но согласился на недолгую встречу после того, как бывший сотрудник ФСБ настоял, что им надо встретиться. Под вечер Луговой, Ковтун и Литвиненко встретились в Pine Bar отеля Millennium в Мэйфейре. По версии британских следователей, именно тогда Литвиненко был отравлен чаем с примесью полония-210, который и убил его 23 дня спустя.

И вновь в местах, которые посещали Луговой и Ковтун, были найдены следы полония. Они были обнаружены примерно в дюжине мест, в том числе в номерах отелей, в салонах самолетов и на стадионе Emirates, где Луговой смотрел футбольный матч. Следователи полагают, что была предпринята не одна попытка отравления Литвиненко, чем и объясняется раннее появление следов.

Пока Литвиненко чах на глазах, озадаченные британские врачи две недели пытались идентифицировать яд. Всего за два часа до смерти Литвиненко они наконец-то обнаружили, что это полоний-210.

Луговой и Ковтун тоже получили дозу облучения и спустя несколько дней после смерти Литвиненко поспешили лечь в одну из московских больниц. Самому сильному облучению подвергся Ковтун. "Мы испытали настоящий шок, когда впервые услышали о полонии", - говорит Луговой.

Именно в больнице следователи Скотланд-Ярда допросили обоих, но, что весьма странно, так и не вызвали их в Лондон для дальнейших допросов. Луговой и Ковтун, сделавшие заявление в британском посольстве в Москве после того, как их имена стали известны, даже звонили одному из высокопоставленных британских следователей. "Они один раз допросили нас в качестве свидетелей, несколько месяцев с нами не связывались, а затем вдруг объявили, что я главный подозреваемый и меня следует экстрадировать в Великобританию, - говорит Луговой. - Вы это называете справедливым правосудием? Не сказать, чтобы они меня поощряли к добровольному приезду в Лондон".

Версия Лугового относительно того, что, возможно, произошло, неубедительна. "Меня подставили. Я подозреваю, что это была какая-то операция британской разведки с участием Литвиненко и, возможно, Березовского, которая пошла не так. Меня облучил Литвиненко или кто-то еще, а не наоборот. Я считаю, что полоний нам подбросили и оставили в местах, которые мы посещали, чтобы нас подставить. Зачем? Чтобы дискредитировать Россию и Путина. Я уверен в одном: я невиновен. Я не хладнокровный убийца".

Если, как утверждает Скотланд-Ярд, Луговой отравил Литвиненко, он почти наверняка ничего не знал о том, с каким веществом имеет дело.

Как иначе объяснить тот факт, что он не только облучился сам и облучил Ковтуна, но облучил и свою семью? Если бы Луговой знал, что имеет дело со смертоносным веществом, которое в случае его обнаружения оставит следы, то непременно действовал бы осторожнее? Возможно, он не знал, что убивает Литвиненко?

Если допустить - как подозревают некоторые - что Луговой был участником операции российских спецслужб и убил Литвиненко хладнокровно, почему тогда он не потребовал разработать для него "легенду" и не отправился на задание под чужим именем?

В Москве люди, считающие, что Луговой отравил Литвиненко, говорят: ему могли сказать, что вещество, подмешанное в чай Литвиненко, было "эликсиром правды" или каким-то ослабляющим физические силы наркотиком, примененным, чтобы российские агенты могли допросить Литвиненко, который был связан с чеченскими инсургентами и считался предателем, либо заманить его в российское посольство в Лондоне.

Я попросил об экспертной оценке генерала КГБ в отставке, а ныне депутата Думы. Допустим, что российские агенты приказали убить Литвиненко, как негласно подозревают британские власти, - но зачем вмешивать в дело такую фигуру, как Луговой? Зачем использовать полоний? И если бы вы руководили такой операцией, что бы вы сказали Луговому? "Говорят, что Литвиненко проще было бы застрелить или устранить в результате автокатастрофы, - сказал Алексей Кондауров, прослуживший в КГБ 22 года. - Это неверно. Убить кого-то на территории зарубежного государства и не попасться - это трудно. Одно дело - сделать так, чтобы твой агент приблизился к объекту. Гораздо сложнее вывести агента, не оставив следов.

Полоний трудно обнаружить. Действует он не сразу, поэтому легко вывести агента из страны".

Кондауров утверждал, что, если за смертью Литвиненко стояла Россия, Лугового завербовали, так как он имел к Литвиненко доступ. Поскольку он бывший сотрудник КГБ, "с ним также было легче прийти к соглашению".

"Что бы я ему сказал? - теоретизировал Кондауров. - Как можно меньше. Зачем ему говорить, что цель - в убийстве? Что если у него задрожат руки? Я сказал бы, что порошок вызовет у Литвиненко дизентерию или что-то в этом роде. Если Луговой участвовал в операции, самое вероятное, что он не осознавал, что она кончится смертью".

Кондауров подчеркнул, что не знает, кто стоял за убийством Литвиненко. Однако если это была работа его бывших коллег, то успех операции зависел от одного ключевого фактора: тот, кто выбрал в качестве орудия полоний, рассчитывал, что это вещество так и не будет обнаружено:

"Если отбросить в сторону нравственный аспект, то если бы полоний не был обнаружен, это был бы блестящий удар. Объект мертв. Следов нет. К тому же вы посеяли страх. Им едва не сошло это с рук".

ФСБ решительно отрицает, что каким-либо образом причастна к смерти Литвиненко. Он был слишком мелкой сошкой, говорят там. Но в ФСБ также утверждали, что он был агентом MI-6 и пытался вербовать бывших коллег по ФСБ, склоняя их к работе на британскую разведку. Некоторые скажут, что это уже была бы веская причина его убить. Николай Патрушев, глава ФСБ, недавно обвинил MI-6 в попытках влиять на российскую политику.

В период, когда и Россия, и Великобритания интенсифицировали шпионаж друг за другом, что могло бы стать более ярким знаком возрождения России, чем убийство одного из "агентов" в Лондоне, не оставившее следов (в случае, если бы полоний не обнаружили)? Раз так, то смерть Литвиненко не имела никакого отношения к тому, что он мог знать (большинство утверждает, что ни в какие секреты он посвящен не был), но была связана с новой войной между российской и британской разведками.

Луговой часто спрашивал меня, считаю ли я, что он убил Литвиненко. Я изложил ему версию, которую я поддерживаю, что он действительно убил, но хладнокровным убийцей не является. Я сказал ему, что полагаю, что он был завербован российскими спецслужбами, но был обманут: его использовали, не посвятив во всю суть дела. Луговой и глазом не моргнул. Он вновь заявил о своей невиновности и согласился, что был подставлен, но MI-5.

"Да ладно, Андрей, мы оба знаем, что если вы и участвовали в убийстве Литвиненко, то вряд ли мне об этом скажете, верно?" - часто говорил я ему. Каждый раз он широко, открыто улыбался. Мне это всякий раз кое-что проясняло.

Россия никогда не выдаст Лугового. Его счастливая звезда - по крайней мере, сейчас - на подъеме. Выдвижение обвинений против британцев, участие в парламентских выборах - все это, по-видимому, держит его на виду в обществе. Поскольку он слишком хорошо знает, что такое тюрьма, то, видимо, для него такие обстоятельства - лучшая защита.

Источник: The Sunday Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru