Архив
Поиск
Press digest
16 апреля 2021 г.
27 марта 2007 г.

Эдриан Блумфилд | The Telegraph

На переднем краю тайной войны Путина

Бойцы, одетые в камуфляж, припали к земле за обнажившимися зимой кустами. Они замерли на мрачном склоне одной из кавказских гор в напряженном ожидании.

Привычным жестом бросив сигарету в грязь, командир лояльного Москве чеченского отряда поднес рацию ко рту и рявкнул в нее какой-то приказ. На горном хребте над нами открыли огонь из зенитного орудия, которое стало посылать отрывистые очереди в сторону Тазан-Калы, небольшого селения у подножия гор на юге Чечни, где закрепились сепаратисты.

Спустя несколько секунд по горам прокатилось эхо автоматных очередей, перемежаемое хлопками минометов.

Со своих позиций на другой стороне долины повстанцы начали отвечать отдельными выстрелами, но, сильно уступая в числе и огневой мощи, они, как кажется, попали в безнадежное положение. Против них сражаются бойцы батальона "Восток", специального чеченского подразделения, которые некогда воевали заодно с сепаратистами, но теперь заявляют о преданности Москве.

Для таких закаленных бойцов это лишь очередной бой. В последние несколько лет они оказались на переднем краю войны президента Владимира Путина в Чечне, столь секретной, что официально война уже не ведется.

В феврале Путин поставил бывшего боевика Рамзана Кадырова новым президентом Чеченской республики.

Это назначение сопровождалось потоком заявлений Кремля о том, что война закончилась и последние из боевиков сдались.

Но битва в Тазан-Кале, свидетелем которой стал корреспондент The Daily Telegraph, неопровержимо доказывает, что тайная война продолжается, и она может длиться годами.

Еще до начала сражения на своей хорошо укрепленной базе в Гудермесе - втором городе Чечни - командир батальона "Восток", одетый в спортивный костюм, утверждал, что в горах укрепились больше тысячи сепаратистов и иностранных боевиков-исламистов.

"Война не закончилось", - уверен полковник Сулим Ямадаев, второй после Рамзана Кадырова по влиянию в Чечне полевой командир лояльных Москве сил.

"Война далеко не закончена. Сейчас мы сталкиваемся по сути с классической партизанской войной. Мой прогноз - она будет продолжаться два, три, может, пять лет".

Пытаясь остановить постоянные российские потери - по оценкам, с начала второй чеченской войны в 1999 году погибли 11 тыс. солдат - Путин сделал своим главным полевым командиром Ямадаева.

Это само по себе выглядит странно. Ямадаев и подавляющее большинство его людей, которых в Чечне называют ямадаевцами, в ходе первой чеченской войны 1994-1996 годов сражались плечом к плечу с повстанцами.

Более того, в ту войну Ямадаев был близким союзником Шамиля Басаева, наиболее разыскиваемого террориста в России, который взял на себя ответственность за множество преступлений, в том числе за захват школы в Беслане в 2004 году.

В прошлом году Басаев погиб в ходе взрыва. Сейчас Ямадаев - близкий союзник Кремля, ему лично вручает награды Путин. Ямадаев говорит, что перешел на другую сторону после того, как в происходящее вмешались исламские экстремисты, которые, будучи незначительным меньшинством, взяли под контроль все повстанческое движение. Его противники утверждают, что он переметнулся на другую сторону, соблазнившись большими деньгами.

В чем бы ни была причина, Путин получил то, что хотел. Повстанцы лишились существенной опоры, и теперь президент посылает воевать вместо себя своих чеченских протеже.

Их лица иссохли за более чем десять лет, проведенные на поле боя, бойцы батальона "Восток" - гораздо более серьезный аргумент в борьбе с повстанцами, чем российские солдаты. Те плохо экипированы, не имеют мотивации, коррумпированы - они часто продавали собственное оружие врагу.

План боя возле Тазан-Калы был исполнен тщательно. Пойманные врасплох повстанцы оказались окружены с трех сторон. "Артиллерия выкурит их с базы, - говорит Магомет, командир роты батальона "Восток" из расположенного рядом города Ведено, известного своей неспокойной обстановкой. - Теперь мы заманим их к себе. Они идут в ловушку".

Между расположенными неподалеку холмами петляет автобус. Мы ненадолго останавливаемся, вглядываясь в лица его пассажиров - в основном это женщины - которые в ужасе смотрят в окна, и двигаемся дальше. Это мирные жители - именно они составляют основное число погибших в ходе двух чеченских войн. По осторожным оценкам, две войны унесли около 200 тыс. жизней.

"Аллах Акбар (Аллах велик)! - восклицает Магомет, когда его радио оживает и начинает трещать. - В этом районе нас все время обстреливают. Кругом много негодяев - это ваххабитский централ". Он имеет в виду исламистов, которые давно участвуют в конфликте и поддерживают ортодоксальное ваххабитское течение в суннитском исламе.

Мы достигаем изгиба реки, и перед нами открываются первые свидетельства успеха: на берегу лежат четыре трупа повстанцев.

Судя по виду, двоих добили выстрелами в затылок. Третий подорвал себя гранатой, чтобы не попасть в плен.

Ямадаевцы, которые зачастую отрезают головы убитых жертв, пользуются жуткой репутаций в том, что касается обращения с пленниками. Как сообщают правозащитники, захваченные бойцами "Востока" повстанцы и мирные жители часто подвергаются сексуальному насилию, после чего их пытают до смерти.

Ямадаев заявляет, что с повстанцами нужно расправляться безжалостно.

Но когда бойцы снимают с трупов амуницию, вокруг вновь начинают стрелять. Я вижу, как из-за дерева ведет огонь одетый в черное боевик. Но спустя 15 минут все кончено - повстанцы бежали, потеряв четверых убитыми. Но чеченские бойцы, в отличие от Путина, знают, что в этих опасных горах на юге Чечни продолжает прятаться гораздо больше повстанцев.

Источник: The Telegraph


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru