Архив
Поиск
Press digest
25 февраля 2021 г.
28 декабря 2001 г.

Майкл Вайнс | The New York Times

Убежища, так и не ставшие домом

Официально палаточный город, где живут чеченские беженцы, называется Южный пункт временного местожительства, и в свое время это, возможно, соответствовало действительности. Однако теперь в лагере беженцев в Знаменском больше нет ничего временного.

Война в Чечне длится уже более двух лет. Для многих живущих здесь беженцев (их общее число сейчас 3021 человек) 85 палаток мышиного цвета, расположенных неподалеку от Терека, давно превратились из убежища в дом.

Знаменское, где, в основном, находятся люди, покинувшие Грозный во время массированных артобстрелов города российскими войсками в конце 1999 года, это иссеченный ветром памятник изношенным палаткам, полуразрушенным деревянным домам, и людям, никогда не думавшим, что им придется оставаться здесь так долго. Теперь, когда пришла уже третья зима ? точнее "наступила", как более правильно называют это русские [подразумевается аналогия с наступлением врага ? прим. редактора "Инопрессы"] ? он грозит развалиться.

"Многие палатки износились, ? говорит лагерный регистратор Зинаида Кагирова. ? Нам обещали несколько новых, но так и не прислали. Днища прорвались, и теперь нам говорят, чтобы мы их подлатали".

То же самое происходит и в остальных лагерях на территории Чечни и соседней Ингушетии, где в тысячах палаток живут примерно 30 000 чеченских беженцев, которые до сих пор опасаются возвращаться домой или у которых больше нет дома. В каждом из лагерей находится приблизительно по 8 000 человек, явно не страдающих от избытка внимания к себе со стороны властей.

Спецпредставитель президента Владимира Путина по соблюдению прав человека в Чечне Владимир Каламанов в декабре подверг критике российское правительство за то, что оно ничего не предпринимает для улучшения условий существования людей, вынужденных обитать в совершенно неприспособленных для жизни полуразрушенных лагерях.

"Совершенно ясно, что нет никаких оснований говорить, что наступившая зима будет теплой, ? подчеркнул он в одном из интервью агентству "Интерфакс". ? Ситуация, в которой оказались эти люди, наносит колоссальный ущерб как им самим, так и стабильности в регионе".

И это только самые заметные признаки более масштабного кризиса с беженцами. В ноябре Агентство ООН по координации гуманитарной помощи сообщило, что всего в Ингушетии находится 150 000 беженцев, а в Чечне ? еще 160 000, и большинство из них живут в домах, подвалах, магазинах и даже в сараях.

Число беженцев почти не изменилось по сравнению с тем, каким оно было 2 года назад, в самый разгар боевых действий. "Но мы осознаем, что тот факт, что их число остается без изменения, в действительности означает, что ситуация ухудшается", ? говорит Мишель Хофман, возглавляющий российское отделение французской гуманитарной организации "Врачи без границ".

Недавно эта организация провела исследование в 41 населенном пункте Ингушетии среди 408 семей, половина из которых живет в палаточных лагерях. Около 2/3 опрошенных пожаловались, что в их домах протекает крыша. Также у 2/3 ? дыры в стенах жилищ. У половины из них один туалет на 100 человек, и один душ ? на 200 человек.

Среди беженцев уровень сердечно-сосудистых заболеваний в 3 раза превышает уровень заболеваемости по всей России, которая и так уже выражается в астрономических цифрах; уровень заболеваемости диабетом превышает общероссийский в 4,5 раза, а анемией (это признак плохого питания) ? почти в 5 раз.

Условия жизни беженцев ухудшаются отчасти из-за того, что за два года безработицы они израсходовали все свои сбережения, а отчасти из-за того, что у российского правительства иссякли средства, предназначенные для оказания помощи беженцам, и оно переложило это бремя на международные гуманитарные организации.

Официальные лица в лагерях беженцев в Чечне и Ингушетии говорят, что правительство сильно задолжало за электроэнергию, газ и основные услуги в лагерях. Россияне прекратили доставку сюда горячих обедов еще в апреле.

По словам представителей российской администрации Знаменского, лагерь с осени не получал федеральной помощи. Финансовый источник стал пересыхать, когда весной правительство сменило администрацию лагеря.

Туалеты, представляющие собой ряд из двух десятков полуразвалившихся деревянных построек, примитивны и давно не ремонтировались. То же самое и с душем. Весь лагерь нуждается в обновлении.

"Главная проблема ? ремонт палаток, ? говорит комендант лагеря Саид Ахмед-Висаитов. - В некоторых палатках у нас живет по 27-28 человек".

Скученность приводит к росту заболеваемости: в среднем, один из 300 жителей лагеря болен туберкулезом. В прошлом году из-за эпидемии гепатита была закрыта лагерная школа.

В этом году, по словам лагерного врача, повсеместным явлением стали вши.

У местного кооператива заключен контракт с лагерем на возведение и ремонт палаток, поставку хлеба, а также вывоз мусора и нечистот. "Москва не платит им с мая", ? отметил Ахмад-Висаитов.

И все же Знаменское, по крайней мере, в Чечне, является своего рода образцовым лагерем беженцев. Здесь постоянно находятся два сотрудника Совета Европы. Руководитель комитета по политическим делам этой организации лорд Джадд периодически посещает лагерь, чтобы ознакомиться с положением беженцев.

Лорд Джадд побывал в лагере 6 декабря и выслушал рассказы о нехватке продуктов питания и медикаментов, а также о протекающих платках. Он заявил, что условия жизни здесь просто неприемлемые и что они хуже, чем во время его предыдущих визитов.

В центре лагеря, в одной из палаток размером 20 на 20 футов, Алла Остафурова с мужем и двумя детьми делит кров с двумя другими семьями.

По ее словам, в лучшем случае в палатке живет 9 человек. Иногда там собирается до 20. 44-летняя Остафурова и ее семья живут здесь с тех пор, как в декабре 1999 года они покинули Грозный.

"Что я могу сказать? ? заявила она. ? Никто здесь о нас не заботится. Ехать нам больше некуда. Мой дом разрушен; его сравняли с землей. Больше всего нас беспокоит, получим ли мы за него компенсацию".

Жители Знаменского получают в качестве рациона зерно и мясные консервы, которые, по словам сотрудников администрации лагеря, зачастую несъедобны. Датский совет по делам беженцев, одна из главных благотворительных организаций, действующих в Чечне, раздает продукты раз в месяц.

По словам Остафуровой, ее муж, работавший раньше в Грозном, теперь большую часть времени находится за пределами лагеря в поисках работы.

Она говорит, что это опасно. Недавно в ее родном селе в Урус-Мартанловском районе военные арестовали пятерых мужчин. Только двое из них потом вернулись.

По словам Каламанова, российское правительство планирует восстановить в Грозном и других местах 15 общежитий, где предполагается разместить тысячи людей из лагерей беженцев в Чечне, включая Знаменское.

Другой вопрос ? будут ли они там чувствовать себя в безопасности. "Даже те люди, чьи дома не пострадали, не хотят туда возвращаться из-за отсутствия безопасности, ? говорит Остафурова. ? Они боятся, что их дети исчезнут в ходе так называемых армейских зачисток".

Источник: The New York Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru