На первый взгляд, "обстановка царизма", в которой президент Путин объявил о помиловании Ходорковского, иллюстрирует перемены в России с 2003 года, замечает в статье для The New York Times Эндрю С. Вейсс, вице-президент по делам исследований Carnegie Endowment for International Peace. По распространенной версии, Путин приструнил олигархов и имеет почти безграничную власть.

Однако Вейсс уверен: российская олигархия жива и здорова. "Якобы всесильный Путин на деле тратит много времени на действия в роли рефери при яростных спорах таких олигархов, как Игорь Сечин и Геннадий Тимченко", - утверждает автор. Эти люди - часть политической традиции, восходящей к экспансии Великого княжества Московского в XV веке, полагает автор.

Историк Средневековья Эдвард Л. Кинэн в середине 70-х развеял миф о всесильном царе Московии. По его словам, после гражданской войны XV века бояре и чиновники решили, что в их интересах - лидер, способный выступать "третейским судьей" в спорах и распределять между ними власть и имущество. "Они намеренно окружили систему завесой секретности и преувеличили роль царя, дабы сохранить свою свободу для маневров и не подпускать к системе чужаков", - пишет автор.

Это сочеталось с неэффективной, но крайне централизованной системой, явно имеющей параллели в современной России.

Сегодня Запад обычно упускает из виду, что ценность Путина - как и царей - для системы держится на сохранении баланса между конкурирующими интересами. Как и 500 лет назад, в Кремле борются преимущественно за власть, деньги и привилегии, а не по идеологическим причинам.

Западу следует ожидать, что российская олигархическая система переживет своего нынешнего повелителя, заключает автор.