Сколько человек объединяет Российский исследовательский центр по правам человека: пару сотен, несколько тысяч? Точных данных, скорее всего, не знает никто. Однако по сравнению с численностью российского населения (147 млн), по сравнению с возможностями государства их количество близко к нулю.

Свое влияние горсточка российских борцов за права человека сохраняет, прежде всего, благодаря сообщениям средств массовой информации о том, что государство вновь выступает против них под более или менее изощренными предлогами. Это происходит в последнее время все более часто, как сейчас с научным центром Хельсинкской группы.

Собственно, борцы за права человека, обычно оппозиционно настроенные, должны быть благодарны государственной власти и ее управляемой юстиции: так к ним сохраняется хоть какое-то общественное внимание, на которое при своих ограниченных возможностях они вряд ли могли бы рассчитывать.

Но российские функционеры думают иначе. Они, объединенные в одну партию, испытывают глубокую антипатию к любой альтернативе, которая тем или иным образом может оказаться вне их контроля. Слово "оппозиция" в их понимании всегда сопровождается определением "антигосударственная" или даже "антироссийская". Выступить против оппозиции - это значит исполнить свой долг по защите российского государства. Оно в соответствии со стремлениями президента хочет преподнести себя миру как могущественную державу. Тем более удивительной кажется его внутренняя неуверенность, которая проявляется в его отношении к неправительственным организациям. Государственная власть в России, какой бы сильной она себя ни чувствовала, пусть даже по праву, боится собственной тени.