Архив
Поиск
Press digest
10 июля 2020 г.
11 октября 2005 г.

Кэтрин Филп | The Times

Детский крик из развалин школы: "Помогите! Спасите нас!"

Помощь в разрушенный город Балакот шла мучительно медленно

Грохот кувалды внезапно стих. Люди на обвалившейся бетонной крыше школы замолчали. "Тихо, тихо", - крикнул спасатель, хлопая в ладоши. Потом из недр разрушенного здания донесся приглушенный плач.

"Пожалуйста, помогите. Спасите нас", - плакал ребенок. Потом раздались другие голоса: "Дайте воды. Мы хотим пить".

Измученный спасатель, задыхаясь, оперся на кирку: "Бог услышал наши молитвы, - прошептал он. - Они живы".

Весь день спасатели перелопачивали развалины школы Шахин в Балакоте, и родители умоляли их не останавливаться. Весь день они находили только трупы.

К середине дня они пробились к верхнему этажу и услышали голоса детей. "Там целый класс", - сказал один из спасателей. Когда слух об этом распространился по городу, родители бросились к школе. "Там моя дочь. Может быть, она жива, - сказал Мухаммад Маскин, вытирая слезы. - Я уже не надеялся".

Толпа все росла. Спасатель появился из пролома, держа на руках маленького мальчика в изорванной грязной одежде, который щурился от света и неуверенно улыбался. Раздались радостные крики. Люди целовали его лицо и трогали руки, в которых он сжимал картонку с соком.

Вчера вечером сообщили, что из-под обломков школы спасено 40 детей и вынесено 60 тел.

Это был редкий момент радости в разрушенном городе северо-западной провинции, который землетрясение в мгновение ока сровняло с землей. Когда уцелевшие искали мертвых и наспех ставили палатки, среди руин не было видно детей.

Почти все дети старше шести лет в момент землетрясения находились на первом уроке в одной из пяти школ города. Многоэтажные бетонные здания рухнули в числе первых, похоронив сотни учеников, сидевших за партами.

Подобное повторилось во всех затронутых землетрясением районах Пакистана, где половина населения моложе 18 лет, а каждый пятый - моложе 5 лет. "Погибло целое поколение", - сказал пресс-секретарь пакистанской армии, генерал-майор Шавкат Султан.

Когда спасенного мальчика выносили из школы, маленькую Аман Тарик несли в другом направлении - на кладбище, где уже похоронили пятерых членов ее семьи.

Ее вытащили из школы утром, она была ранена, но жива, и ее забрал обрадованный дядя. Но спустя несколько часов она умерла у него на руках, когда он бинтовал ее раны, ожидая медицинской помощи, которая так и не пришла. Он, плача, отнес ее на кладбище, где ее завернули в белый саван и похоронили.

"Мертвых слишком много", - сказал Дил Дарфам, похоронивший вчера более 60 человек.

Над головой пролетел военный вертолет. "Почему они не приземляются, чтобы помочь нам? - спросил он. - Нам нужна помощь, иначе погибнет еще больше детей".

В палатке за кладбищем лежал пятилетний Ваис, который слишком мал, чтобы ходить в школу, но оказался под руинами родного дома.

Вся его семья погибла, объяснил один из соседей, но ему пока об этом не сказали. Ему и так очень больно: обрушившийся бетон раздробил ему колено.

Арша Али, студент-волонтер, сделал все возможное, чтобы помочь ребенку, но он ничего не смог сделать с его ногой, а лекарства уже кончаются. Он и еще 50 студентов, в том числе медиков, приехали в воскресенье из Пешавара после отчаянного звонка его друга.

Вчера не было никаких признаков официальной спасательной операции, кроме сброшенных с воздуха палаток и появления одного армейского вертолета, забравшего раненых.

"Если мы смогли сюда добраться, власти тоже могут, - заявил студент. - Это просто абсурд. Люди сердятся на правительство. Они пережили землетрясение, но боятся, что умрут от холода и отсутствия воды".

На кладбище мужчины молились над крошечным телом ребенка, завернутым в саван. Потом его похоронили вместе с матерью. "Правительство заплатит за это, - сказал Абдул Халид. - Сначала наши дети погибли в этих дешевых зданиях, которые обрушились на них. Теперь они умирают потому, что до них никому нет дела".

Голоса на развалинах

"Сегодня мы скорбим не о мертвых, мы скорбим о наших связях с правительством". Раджа Мохаммад Иршад, судья, Кашмир.

"Я не ел три дня, но я не голоден". Тарик, который выбрался из-под обломков в Кашмире, прося воды.

"Я просто молюсь. Я постился, поэтому я не чувствовал жажды и не терял надежды". Ихалак Ахмед 23 лет, вытащен из-под обломков в понедельник.

"Люди голодают. Они потеряли своих родственников, свое имущество. Ничего нет, люди похоронены заживо. Никто не помогает нам их найти". Акмар Шах, Музаффарабад.

"Это ужасно. Мы послали людей искать их. Хуже всего неизвестность". Зафар Танвир из Брэдфорда, потерявший двоюродного брата и ожидающий известий о других родственниках.

Источник: The Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru